Мы склонны воображать, будто колдуны, знахари, монахи, астрологи - в сущности не более, как паразиты. Ничего, кроме ограниченности, в таком взгляде, конечно, не заключено. Все эти общественные группы и, так сказать, профессии могли существовать и существовали именно потому и только потому, что отвечали определенным потребностям общества, потребностям, которых теперь почти нет.
Даниил Андреев [1]
Мишель Нострадамус (1503-1566) остается в общественном сознании одним из самых известных деятелей эпохи Возрождения. О нем написаны сотни книг, сняты десятки телепередач и художественные фильмы; число статей в периодике вообще не поддается исчислению. Наверное, каждый образованный человек слышал о Нострадамусе хотя бы однажды, поскольку его пророчества и по сей день служат предметом различных спекуляций и недобросовестных толкований, о чем пойдет речь ниже. В этом отношении французскому врачу, поэту и астрологу, автору книги, где предсказано будущее человечества до 3797 г. (так, по крайней мере, утверждал он сам), повезло даже больше, чем его именитым современникам - таким, например, как король Генрих II. Но, как это ни парадоксально, научное исследование жизни и творчества Нострадамуса начато недавно, лишь в XX в.
В чем причина такого разрыва? Ответ на этот вопрос лежит в отношениях науки и паранауки. Не секрет, что эпоха Возрождения, противоречивая подчас до трагизма, несла полный пересмотр жизненных ценностей Европы. Череда географических открытий, проникновение европейцев в Америку и на Восток, повторное открытие античных литературных памятников знаменовали собой беспрецедентное расширение горизонтов сознания европейца; новый мир уже не укладывался в рамки старого мировоззрения. Новому миру была нужна новая философия, и были предприняты попытки создать ее. Нет нужды перечислять здесь десятки имен от Марсилио Фичино и Эразма до Бруно и Кампанеллы; при всем различии подходов этих философов их объединяла одна цель - создать новую картину мира, в которой человек занял бы подобающее ему, как венцу творения Природы, место. Такую цель преследовали не только философы. Ученые, художники, писатели и поэты также видели свое призвание на этом пути, что объединяет утопийцев Мора, братство Телемской обители Рабле и героев картин Леонардо да Винчи. Поэтому трудно уловить грань, отделяющую в том же Леонардо художника от изобретателя, - на построение нового мира и определения места человека в нем деятели Возрождения бросали все свои таланты и силы.
Одно из важнейших мест в новой идеологии занимал целый сонм паранаук. С материалистической позиции они относятся к разряду ложных наук, а их адепты в лучшем случае считаются добросовестно заблуждающимися людьми. В СССР герметизм, т.е. мистические учения, основанные на представлениях о единстве человека и природы, и все, что с ним хоть как-то было связано, последовательнее изгонялось из исторической науки. Замалчивались герметические изыскания Джордано Бруно, Парацельса и Кампанеллы, игнорировался герметический аспект теории Коперника, что приводило к упрощению и искажало суть его конфликта с церковью, то же относится и к Бруно. И хотя нельзя утверждать, будто герметизм как философское и культурное явление целиком оставался вне поле зрения отечественной исторической науки, об этом идет речь в работах А.X. Горфункеля и В.Л. Рабиновича, общая тенденция, как говорится, налицо.
Не следует, однако, думать, что западная историография в этом отношении кардинально отличалась от советской. Начиная с труда швейцарского ученого Я. Буркхардта, видевшего в ренессансной астрологии досадное суеверие [2], западные историки также пренебрегали этой темой. Безусловно, историография герметизма на западноевропейских языках неизмеримо шире и богаче, чем русская, однако у исследователя, работающего над этой темой, постоянно возникает странное чувство: с одной стороны, существуют прекрасные монографии об астрологических трактатах Абу Машара, д Айли, многотомный труд Линн Торндайк, а с другой - эти узкоспециальные сочинения остаются как бы изолированными от общего историографического контекста. Они игнорируются историками, чьи исследования носят более универсальный и широкий характер.
Нострадамус являет собой яркий пример такого отношения. Можно игнорировать Кампанеллу как автора астрологических сочинений, Бруно - магических трактатов, но их вклад в мировую культуру не ограничивается этими трудами. Нострадамус - всего лишь астролог, оставивший после себя книгу туманных пророчеств и, следовательно, с традиционной точки зрения не заслуживающий глубокого исследования. В результате Нострадамус и его пророчества были целиком отданы на откуп дилетантам, цели которых зачастую были весьма неприглядными. Так, ведомства Геббельса и Шелленберга по всему миру распространяли - разумеется, за подписью Нострадамуса - предсказания о торжестве "третьего рейха" [3]. Приведем несколько примеров вольного обращения с пророчествами Нострадамуса применительно к совсем недавним временам.
С 72 катреном (четверостишием) Х центурии (главы из 100 катренов) недавно связывали якобы наступавший в 1999 г. конец света: L'an mil neuf cens nonante neuf sept mois Du ciel viendra vu grand Roy d'effrayeur Resusciter ie grand Roy d'Angolmois, Auant apres Mars regner par bonheur.
- что всеми авторами переводится как В 1999 году, в седьмом месяце С неба придет великий король ужаса, Чтобы воскресить великого короля Монгола (или Монголов) Который до-после Марса [будет] править счастливо.
В этих стихах усматривали предсказывавшийся некоторыми "энтузиастами" в 1999 г. конец света. Однако, если очистить текст от позднейших вставок и ошибок издателей, то правильное прочтение выглядит так: [B] седьмом месяце 1999 года Великий небесный царь-искупитель Воскресит великого короля Анголмуа [4], Который до-после Марса [будет] править счастливо.
Как видим, катрен обретает совершенно иной смысл. Видимо, Нострадамус полагал, что на границе XX и XXI вв. на политической арене появится новый Франциск I. В любом случае, смысл катрена явно очень далек от того апокалипсического оттенка, который носит большинство его толкований.
В свете террористической атаки против США 11 сентября 2001 г. в СМИ публикуется множество пророчеств, которые приписываются Нострадамусу и свидетельствуют якобы о том, что он предсказал эти драматические события. В качестве доказательства ссылаются, например, на такие строки: В городе Бога будет большой гром. Два брата будут разорваны в клочья, в то время как крепость выстоит. Великий правитель не устоит. Третья большая война начнется, когда город горит.
"Город Бога" - разумеется, Нью-Йорк. "Два брата" - башни ЦВТ. "Крепость" - Пентагон, поврежденный, но не поверженный. "Великий правитель" - нынешний президент США. Последняя строка говорит сама за себя. Но Нострадамус никогда не писал таких стихов.
Поэтому так важно обращение к прижизненным изданиям и тщательная выверка катренов на предмет опечаток и других явных ошибок (например, просодический анализ для выявления недостающих слогов). Здесь исследователем должны руководить не конъюнктурные соображения, не полет фантазии и интуитивные догадки, но научный подход, здравый смысл и твердая опора на другие источники. Лишь через всестороннее рассмотрение "Пророчеств магистра Мишеля Нострадамуса", их изучение в историческом, филологическом и лингвистическом контексте лежит путь к истине.
Мы полагаем, что полное и комплексное изучение герметических аспектов философской мысли Возрождения необходимо для создания более широкой ее картины. Для ренессансных натурфилософов астрология и даже магия не были чем-то противоположным; заниматься астрологией вовсе не означало бросать вызов "традиционной", "институциональной" науке, как сейчас. Напротив, астрономия и, например, астрология шли рука об руку, противопоставляя себя схоластике. Астрономия расширяла познания человека о Вселенной, непрерывно развиваясь от птолемеевых эпициклов и древних астролябий, через альфонсинские таблицы к теории Коперника и телескопу Галилея; астрология же помещала в центр Вселенной человека и рассматривала силу влияния на него небесных светил.
Мало того, что астрология на данном этапе не противоречила общегуманистическому пафосу ренессансных философов - до открытий Кеплера в принципе не было явного противоречия и между астрологией и астрономией; каждая из этих двух "сестер" занималась своим делом, хотя и пользовалась одинаковыми инструментами (наподобие поэта и типографского работника). Астролог-романтик Кампанелла активно выступил в поддержку Галилея, а герметист Бруно - в поддержку теории Коперника. Изучая мотивы, толкавшие ренессансных мыслителей на путь герметизма, мы более четко представляем себе их взгляды, отказываемся от упрощений в пользу более тонких, нюансированных построений.
Герметические наследие Возрождения представляет собой колоссальный пласт истории культуры и науки, далеко не всегда изолированный. В сочинениях врача Джироламо Фракасторо [5] прозрения о причинах эпидемий и действенные рекомендации по их профилактике тесно соседствуют с описанием конфигураций планет, которыми якобы обусловлены эти эпидемии; идеальное государство Кампанеллы построено на астрологических предписаниях; медицинские трактаты Парацельса сменяются книгами предсказаний; пророчества Леонардо да Винчи не столь известны, как его полотна или технические прозрения, однако имеют с ними тесную смысловую и творческую связь.
Пророчества Нострадамуса занимают в этом ряду особое место. Остававшиеся до XX в. плохо изученными, они открывают исследователям свои новые, подчас совершенно неожиданные стороны, больше, чем о будущем, рассказывая о времени, в котором жил их автор.
Научная историография Нострадамуса и его пророчеств очень скудна. Наверное, первой научной публикацией о нем можно считать цикл статей Ф. Бюже в "Бюллетене библиофила" [6] о прижизненных изданиях Нострадамуса.
В 1920 г. американский историк Юджин Паркер защитил в Гарвардском университете докторскую диссертацию по теме "Пророк Мишель Нострадамус". На сегодняшний день эта работа устарела; новый уровень научных знаний заставляет пересмотреть как изложенную Паркером версию биографии Нострадамуса, так и предпринятые им попытки анализа катренов. Однако труд Паркера имел немалое значение - это первое исследование жизни и творчества Нострадамуса в рамках академической науки.
Весомый вклад в развитие этой традиции внесли статьи французского ученого Эдгара Леруа, опубликованные преимущественно в первой половине XX в. и объединенные позднее в книгу "Нострадамус. Его происхождение. Его жизнь" [7]. Это обстоятельный рассказ о жизни, трудах и эпохе Нострадамуса, а также исследование его родословной.
В 1983 г. научное исследование жизни и творчества Нострадамуса входит в новую фазу. В Лионе основана "Ассоциация друзей Мишеля Нострадамуса" под руководством сотрудника муниципальной библиотеки Лиона Мишеля Шомара. Она выпускает журнал "Тетради Мишеля Нострадамуса" и, хотя статьи в нем весьма разнятся по качеству, ряд публикаций "Тетрадей" стоит на высоком научном уровне. Она же опубликовала факсимильные переиздания источников, напрямую связанных с Нострадамусом. Вышли в свет факсимиле уникальных прижизненных изданий "Пророчеств" 1555 г. и будапештского экземпляра "Пророчеств" 1557 г., письма Нострадамуса королеве Екатерине Медичи, книги самого Мишеля Шомара, а также сборники статей строго исторического характера, в которых принимают участие не только французские, но и итальянские и английские исследователи.
В том же 1983 г. французский историк Жан Дюпеб выпустил книгу "Нострадамус. Неизданные письма" [8]. Свыше 50 писем, в разное время адресованных Нострадамусу, написанных им самим, причем большей частью опубликованных впервые, проливают свет на круг его знакомств и характер взаимоотношений с поклонниками и клиентами. Эти письма больше рассказывают нам о личности и взглядах Нострадамуса, чем о его пророческих трудах. В письмах Нострадамус откровенно делится с друзьями и клиентами своими соображениями и взглядами. Опираясь на эту публикацию, мы можем уверенно говорить о симпатиях Нострадамуса к гонимым кальвинистам. Кроме того, изучая эти уникальные источники, можно составить представление о распространенности и популярности пророчеств Нострадамуса в современной ему Европе. круге его интересов и узнать доселе неизвестные эпизоды из жизни предсказателя.
Работами о Нострадамусе, до конца отвечающими научным критериям, являются две книги франкоканадского историка Пьера Брендамура, профессора университета Оттавы. Первая из них - "Астрофил Нострадамус" [9]. По форме и содержанию она гораздо ближе к источнику. Это сборник документов, связанных с темой нашего повествования. В ней опубликованы письма издателя, печатавшего альманахи Нострадамуса, воспоминания современников, обширные выдержки из астрологических трудов, памфлетов сторонников и противников Нострадамуса и многое другое.
Вторая книга П. Брендамура - "Нострадамус. Первые центурии, или Пророчества (издание Масс Бономма 1555 г.). Издание и комментарий "Послания к Сезару" и первых 353 катренов Пьера Брендамура" [10], вышедшая в серии "Французские литературные тексты" женевского издательства "Дроз", специализирующегося на публикации исторических источников. Как следует из названия, это критическое издание первой публикации 353 катренов и письма к сыну Сезару, опубликованных в 1555 г. Это первый в нострадамоведении научный анализ важного источника, каковым являются "Пророчества".
Автор приводит обширный фактический материал. Катрены снабжены подробным комментарием, в котором приводятся не только разночтения между различными изданиями "Пророчеств" XVI в., но и лексико-исторический анализ. Цель, которую ставил перед собой Брендамур, - представить подготовленному читателю аутентичный текст "Пророчеств", очищенный от опечаток и "белых пятен" с объективными комментариями. В спорных случаях, когда прочтение отдельных фрагментов текста Нострадамуса затруднено, Брендамур предлагает конъектуры, большинство которых выглядит аргументированно.
Большое значение имеют две другие работы, не так давно вышедшие во Франции. Первая из них - труд упомянутого выше исследователя из Лиона Мишеля Шомара "Библиография Нострадамуса. XVI-XVII-XVIII вв." [11]. Работа снабжена прекрасным научно-справочным аппаратом, а также 133 иллюстрациями. Автор планировал выпустить второй том библиографии, который охватил бы Х1Х-ХХ вв. Смерть помешала ему.
Работу Мишеля Шомара во многом расширил французский исследователь Робер Беназра. Его труд "Хронологический нострадамоведческий справочник (1545-1989)" [12] в значительной степени дополнил труд Шомара. К почти каждой книге помещены аннотации. Если книга Шомара - это именно справочник, то работу Беназра правильнее назвать энциклопедией. Кроме того, в книге объединены некоторые тексты, не переиздававшиеся ранее в широкой печати (в частности, собраны все катрены из уцелевших "Альманахов", приводятся значимые фрагменты из рецензируемых сочинений). Научно-справочный аппарат книги выполнен на высокопрофессиональном уровне (за исключением алфавитного указателя, который оставляет желать лучшего), а число иллюстраций превышает четыре сотни.
Среди новых научных работ - статьи историков О. Милле "Нострадамус под перекрестным огнем во Франции XVI в." [13], - И. Белленже "Нострадамус - пророк или поэт?" [14], а также сборник статей "Нострадамус, или Переданное знание", вышедший в издательстве Мишеля Шомара [15].
Почти все научные публикации о Нострадамусе написаны французскими авторами. Нострадамус и его творчество в них выглядят совсем иным, чем в популярных книгах, издаваемых во многих странах, где продолжают повторяться легенды и слухи 500-летней давности.
Источники по обсуждаемой теме достаточно разнообразны. Они подразделяются на три группы: труды самого Нострадамуса и сочинения других авторов, произведения, послужившие для Нострадамуса источниками идей и концепций, магические и натурфилософские труды деятелей позднего Возрождения для выявления контекста "Пророчеств", а также вспомогательные документы XVI в., касающиеся биографии Нострадамуса.
Труды самого Нострадамуса, в свою очередь, делятся на две группы.
Первая - "Пророчества магистра Мишеля Нострадамуса". Текстологически полное собрание "Пророчеств" включает в себя 942 катрена, сгруппированных в 10 центурий по 100 катренов каждая (VII центурия по неизвестной причине осталась незавершенной), а также два прозаических предсказания - одно в виде письма к сыну Нострадамуса Сезару, другое, более обширное - к королю Франции Генриху II.
Вторая группа трудов Нострадамуса - "Альманахи" и другие сочинения. "Альманахи" представляли собой ежегодные астрологические календари на каждый год. Они также содержали предсказательные катрены, которые в дальнейшем часто включались издателями в расширенные издания "Пророчеств" как приложения под общим названием "Предсказания" [16]. "Альманахи" позволяют судить о квалифицированности Нострадамуса как астролога, освещают его политические, религиозные, социальные и мистические воззрения, оттеняя, таким образом, "Пророчества". Нострадамус оставил после себя также несколько непророческих сочинений. Прежде всего это "Истолкование иероглифов Гораполлона" [17], написанное около 1547 г. и посвященное Жанне д'Альбре, принцессе Наваррской, было напечатано лишь в 1968 г.; оно представляет собой вольное стихотворное переложение написанного на коптском языке трактата "Иероглифика" Гораполлона, египетского автора IV в. В 1505 г. трактат вышел в Италии на латыни и неоднократно перепечатывался, среди прочего и во Франции. Нострадамус отдал дань моде среди ученых своего века; интерес к египетским иероглифам, которые в то время еще не были расшифрованы, был глубоким в силу того, что ренессансные эрудиты гуманисты видели в них средоточие сакральных тайн древнеегипетской цивилизации [18].
Второе сочинение - книга смешанного жанра, первое дошедшее до нас издание которой называется "Превосходная и очень полезная книжечка, полезная всем, кто желает познакомиться с многочисленными превосходными рецептами, разделенная на две части. Первая рассказывает о разных способах приготовлять разные румяна и ароматы для украшения и обеления лица. Вторая показывает способы и приемы изготовления варенья многих видов, из меда, сахара и обработанного теплом вина, полностью разбитая на главы, как об этом пространно сообщается в содержании. Заново составлена магистром Мишелем де Нотрдамом, доктором медицины из Салона де Кро, что в Провансе, вновь увидевшая свет. В Лионе, у Антуана Волана, 1555". Книга несколько раз под разными названиями и в разных редакциях издавалась как при жизни Нострадамуса, так и после его смерти, переводилась на немецкий и английский языки.
Длинное предисловие знакомит читателя с некоторыми фактами из биографии автора, его взглядами на призвание медика, а также его соображениями по поводу состояния современной ему медицины. Основное же содержание этого трактата - кулинарные и медицинские рецепты, в том числе и собственный препарат Нострадамуса противочумного действия.
Третья непророческая книга Нострадамуса - "Парафраза Галена, его увещевания Менодоту в изучении изящных искусств, особенно медицины. Переведено с латыни на французский Мишелем Нострадамусом. В Лионе, у Антуана дю Рона, 1557" [19]. Это перевод греческого трактата врача и философа II в. н.э. Галена из Пергама. Нострадамус вознамерился представить читающей публике латинский перевод Эразма на французский язык. Надо сказать, что его перевод не принадлежит к числу лучших. Книга завершается пространным послесловием, в котором Нострадамус утверждает превосходство человека над животными.
Важным источником является сборник личной корреспонденции Нострадамуса, изданный в Женеве Ж. Дюпебом - "Нострадамус. Неизданные письма" [20], о которых шла речь выше.
За редкими исключениями упомянутые источники никогда не были предметом исторического исследования.
Второй круг источников, привлеченных нами, широк и разнообразен. Первая подгруппа этого комплекса включает в себя Библию и творения древних (в первую очередь античных - Ливия, Овидия, Манилия и других) авторов; служа источником идей, импульсом переосмысления понятий, "пересадки" их на современную почву, свойственного представителям Возрождения, эти сочинения позволяют в совершенно новом ракурсе взглянуть на собственно труды Нострадамуса, усмотреть преемственность между ними. Ко второй подгруппе мы отнесли магические и философские сочинения деятелей позднего Возрождения - как тех, которые также явно служили Нострадамусу источником идей и концепций, так и незнакомых ему, но необходимых для получения представления об общем натурфилософском и общем историко-культурном контексте эпохи и выявления объективных концептуальных параллелей с творчеством предсказателя (прежде всего сочинения Леонардо да Винчи, Монтеня, Ронсара). Третья подгруппа источников тесно связана с биографией Нострадамуса и полемикой вокруг его деятельности при жизни прорицателя: это дипломатические документы, свидетельства современников, панегирики и критические памфлеты.
ЭТАПЫ ЖИЗНИ
Мишель де Нотрдам родился 14 декабря [22] 1503 г. в маленьком провансальском городе Сен-Реми. Его отец, Жом де Нотрдам, был нотариусом; мать звали Рене де Сен-Реми. Предки Нострадамуса были торговцами зерном [23].
В 1518 г. Мишель начал учебу на факультете Искусств в Авиньоне, папском центре (родном городе его деда по отцу, Пьера де Нотрдама). В 1521 г. он закончил факультет и получил степень магистра искусств [24]. Нострадамус рассказывал, что с 1521 по 1529 гг. он много путешествовал "по разным землям и странам" [25]. В 1529 г. он приехал в Монпелье и поступил на медицинский факультет - один из сильнейших в Европе -университета этого города, где и получил докторскую степень около 1534 г. Тогда же вновь отправился в путешествие - по Лангедоку и Провансу, работая в качестве странствующего врача. Однако уже в 1536 г. он поселился в Ажене: проводил свободное время в обществе своего нового друга и учителя, Жюля Сезара Скалигера, гуманиста и ученого, прозванного "французским Эразмом". В Ажене молодой врач обзавелся семьей.
Два года в Ажене - важный период в жизни Нострадамуса. Дружба со Скалигером, по-видимому, сильно повлияла на мировоззрение провансальского врача. Еще в 1552 г. он писал о Скалигере: "человек сведущий и ученый, второй Марсилио Фичино в платонической философии, словом, личность, которую я не знаю с кем можно сравнить, кроме Плутарха или Марка Варрона" [26].
1538 г. принес резкие перемены в жизни Нотрдама. От чумы погибли его жена и двое детей. Почти одновременно медик получил приказ явиться к инквизитору Тулузы в связи с некоторыми высказываниями де Нотрдама. Среди прочих упоминался случай, произошедший еще в 1534 г.: де Нотрдам, наблюдая за работой мастера, изготавливавшего бронзовую статую девы Марии, заявил, что она больше похожа на черта, чем на кого-либо еще [27].
Как бы то ни было, Нострадамус счел необходимым покинуть Ажен. Вновь начался долгий период странствований. В 1539-1544 гг. Нострадамуса видели в Венеции, Турине, других итальянских городах, а также в Эльзасе. В мае 1544 г. 43-летний врач принял участие в борьбе с эпидемией чумы в Марселе, затем в Экс-ан-Провансе, где она бушевала с мая 1544 г. по январь 1545 г. За успехи на медицинском поприще парламент Экса в 1546 г. наградил Нострадамуса пожизненной пенсией. В 1547 г. врач посетил Лион, где вместе со своими коллегами также принимал участие в противоэпидемических мероприятиях. В своих воспоминаниях Нострадамус сообщал рецепт снадобья из гвоздик, красных роз и других растений, который он с успехом, по его словам, применял в зачумленных местностях. Состав, разработанный Нострадамусом, можно назвать биологически активным препаратом дезинфицирующего действия.
Эдгар Леруа пишет, что Нострадамус очень гордился своей книжной эрудицией [28]. То, что Нострадамус как врач отдавал предпочтение книжной премудрости, полагая, что слишком обширная практика может помешать медику в повышении своей квалификации, подтверждают его собственные слова: "невозможно, чтобы человек, которому надо осмотреть много больных, мог бы учиться" [29]. Показателен состав личной библиотеки Нострадамуса - в ней широко представлены сочинения античных авторов - Платона, Лукиана, Марциала, Тита Ливия; также есть и произведения арабских астрологов, таких как Алькабит [30].
В 1547 г. Нострадамус поселился в Салоне де Кро. В ноябре этого же года он сочетался вторым браком с вдовой Анн Понсар Жемеллой. В Салоне Нострадамус приобрел дом, продолжал медицинскую практику и ближние и дальние поездки. Одну из них, в Геную и Савону, он совершил около 1549 г.
С конца 1540-х годов Нострадамус занялся астрологией. В XVI в. магия и астрология были неотделимы от науки. Брендамур отмечает, что "так же как нельзя было говорить о своем медицинском поприще без упоминания астрологической карьеры, нельзя было говорить об астрологическом поприще без того, чтобы уделить место карьере медицинской" [31]. После очередной поездки в Италию Нотрдам выпустил первый предсказательный альманах на 1551 г. [32] На обложке этого издания впервые появляется псевдоним Nostradamus, под которым в дальнейшем выходили и другие его сочинения. Именно им он был обязан своей прижизненной славе - за очень редкими исключениями, темой обсуждения среди современников были именно альманахи, а не "Пророчества". Славе Нострадамуса как составителя альманахов способствовал и всеохватный характер его предсказаний; Нострадамус - новатор ренессансного политического пророчества, затрагивающего положение церквей, политических сил и государств. Конечно, и до Нострадамуса астрологи предсказывали политические события, но лишь он превратил свои альманахи в подобие периодического издания.
Немалую роль в выработке Нострадамусом его неповторимого стиля, туманным и лаконичным, сыграли издатели. Вот что писал предсказателю его лионский издатель Жан Брото: "19 сентября я получил два альманаха. Я потрясен Вашим многословием. Сегодня в моде лаконизм. Я даже решил напечатать лишь один - по Вашему выбору - добавив к нему полезные фрагменты другого" [33].
В 1555 г. Нострадамус получил от королевской семьи приглашение посетить Париж. Королева Екатерина Медичи, питавшая страстный интерес к астрологии и предсказаниям будущего, и ее супруг король Генрих II пригласили ученого в королевскую резиденцию летом 1555 г. На альманах на 1555 г. как на повод этого приглашения указывает один из критиков Нострадамуса, Лоран Видель: "Об июле [1555 г.) ты говоришь: королю следует остерегаться человека или группы людей, которые замыслят такое, о чем я-де не смею писать, в соответствии с тем, на что указывают звезды, согласно оккультной философии: конечно, ты рассчитывал, что король пожелает узнать правду" [34].
Нострадамус в те дни плохо себя чувствовал и колебался, ехать ли ему в Париж, тем более что многие отговаривали его от этой поездки [35]. Однако он отправился в путешествие. Астролог был принят в Сен-Жермене, где беседовал с Медичи и Генрихом II. Во дворце Нострадамус стал виновником скандала, в ходе которого придворные, раздраженные его уклончивыми ответами, попытались задержать астролога с помощью своих лакеев. В довершение всего Нострадамус узнал, что ему предстоит встреча с полицией, желавшей подробнее узнать, какой наукой занимается Нострадамус, и не связана ли она с запрещенной магией. Это вынудило предсказателя покинуть Париж после 10 дней пребывания там.
Трудно сказать, какие впечатления о королевском дворе и придворной жизни привез Нострадамус из этого путешествия, но, скорее всего, они были не самыми светлыми. Именно после этого путешествия в трудах Нострадамуса появляется - чтобы уже никогда не исчезнуть - тема собственной насильственной смерти. На фронтисписах сразу трех разных альманахов на 1557 г. фигурирует следующее заявление: Всем, кто столько раз предавал меня смерти. Я буду бессмертен - и живой, и мертвый, И долго после моей смерти имя мое будет жить во Вселенной [36].
В начале лета 1555 г. Нострадамус выпустил книгу, резко отличавшуюся от всех предыдущих, вышедших из-под его пера. Речь идет о "Пророчествах магистра Мишеля Нострадамуса". Эта книга представляет собой не имеющее аналогов в истории оккультизма собрание пророчеств о будущем Земли, написанных в стихотворной форме.
Пророчества Нострадамуса написаны в редкой и малоиспользуемой в поэзии форме. Книга объединяет 10 центурий, каждая из которых включает 100 катренов (как уже отмечалось, VII центурия осталась незаконченной), причем каждый катрен имеет свой порядковый номер; однако все катрены объединены общим смыслом, заданным темой книги, и стихотворным размером - пентаметром, заимствованным у античных поэтов.
Первое издание этой книги предварялось предисловием, написанным в форме обращения к сыну предсказателя Сезару, и содержало 353 пророческих четверостишия (катрена), объединенных в главы - центурии - по 100 катренов; 4 центурия была неполной и включала в себя лишь 53 катрена. 353 - символическое число; 353 дня содержит обычный еврейский год и столько же лет содержит "большой цикл" каждой из 7 планет и светил (Солнца, Луны, Меркурия, Венеры, Марса, Юпитера, Сатурна); теорию этих циклов Нострадамус активно использовал в написании своих пророчеств.
В 1557 г. Нострадамус выпустил второе издание этой книги - оно содержало 286 новых четверостиший и общий объем его составлял уже 639 катренов в 7 центуриях, последняя из которых содержала 39 катренов. Известно о многих изданиях "Пророчеств", выходивших в 1558-1566 гг., однако ни одно из них до сих пор не обнаружено. Первое дошедшее до нас расширенное издание "Пророчеств магистра Мишеля Нострадамуса" датируется лишь 1568 г. Оно содержало 302 катрена (общее число которых выросло до 942) в 10 центуриях, а также большое пророчество в прозе, написанное в виде послания к королю Франции Генриху II.
Что же представляют из себя знаменитые пророчества Нострадамуса? Вот что пишет сам Нострадамус в письме сыну Сезару: "Я... решил... в темных и загадочных выражениях рассказать о переменах в судьбах человечества, хотя бы наиболее важных, не оскорбляя при этом их хрупких чувств".
Действительно, для неподготовленного читателя стиль катренов очень и очень туманен. Если кто-то надеется, бегло ознакомившись с оригинальным текстом "Пророчеств" или с их хорошим переводом, получить ясное представление о том, что и когда, по мнению Нострадамуса, ожидает мир в будущем, тот сильнее ошибается. Качественный перевод его предсказаний сделать очень трудно, так как катрены изобилуют анаграммами, новообразованными словами греческого, латинского и провансальского происхождения, сокращениями и словами, ныне вышедшими из употребления, а также очевидными и неочевидными опечатками. К тому же Нострадамус за очень редкими исключением не датировал свои предсказания - во всем объеме пророчеств встречается только 14 точных дат.
1 июля 1559 г. в честь свадьбы короля Испании Филиппа II и дочери Генриха II Елизаветы был устроен рыцарский турнир. В нем приняли участие капитан шотландской гвардии Габриэль Монтгомери и сам король. Обломок копья Монтгомери попал в прорезь королевского шлема, пробил глаз Генриху II и нанес ему тяжелую мозговую травму. 10 июля король скончался в страшных мучениях.
Катрен Нострадамуса, опубликованный еще в издании "Пророчеств" 1555 г., был истолкован как предсказание этого печального события: 1-35 [37] Молодой лев победит старого На ратном поле в поединке. В золотой клетке выколет ему глаза. Из двух флотов - один, затем умереть мучительной смертью.
У нас нет никаких свидетельств, что этот катрен увязывался со смертью короля при жизни Нострадамуса. Первые утверждения такого рода зафиксированы лишь в конце XVI в. Однако этот катрен так часто упоминается адептами Нострадамуса как неоспоримое свидетельство его пророческого дара, что следует остановиться на нем подробнее.
Во-первых, нет никакого удовлетворительного объяснения "золотой клетке".
Во-вторых, в катрене явно идет речь о выкалывании обоих глаз; король же погиб не по причине ослепления, а вследствие проникающего ранения головы.
В-третьих, слово "флоты" (classes - мн. число от лат. classis) в последней строке совершенно не увязывается с историей смерти Генриха II; в альманахе на 1563 г. Нострадамус пишет: "Море наполнится различными кораблями и флотами как христианскими, так и варварскими: из двух флотов - один". Очевидно, речь идет о сражении двух флотов, в котором один победит другой. Наконец, можно ли считать Генриха II старым львом (королю тогда было только 40 лет)?
Очевиднее, что в катрене 1-35 идет речь о событиях, весьма далеких от того, что произошло 1 июля 1559 г. Не исключена его связь с другим катреном: VI-77 После победы, одержанной обманом, Из двух флотов - один, германский бунт. Вождь и его сын умерщвлены в шатре, Флоренция, Имoла изгнаны в Романию.
Сам Нострадамус утверждал, что на гибель Генриха указывает другой катрен. В альманахе на 1562 г. он опубликовал послание к своему другу Жану де Возелю, который, по словам Нострадамуса, правильно понял многие его пророчества, такие, как, например: "В год, когда во Франции будет править одно око, семя Блуа убьет своего друга" [38]. Без всякого сомнения, речь идет о следующем катрене: 111-55 В год, когда во Франции будет править одно око, Двор будет в очень досадном смятении. Великий из Блуа убьет своего друга. Королевство ввергнуто в беду и двойное сомнение.
Нострадамус явно из желания задним числом приписать себе пророческую удачу заменил слово grand (великий) на grain (семя).
Авторитет Нострадамуса при дворе и в обществе был высоким. М. Суриано, посол Венеции, в ноябре 1560 г. сообщал в донесении: "Все придворные обсуждают 39 катрен Х центурии Нострадамуса: Первый сын, вдова, несчастный брак, Совсем без детей, два Острова в ссоре, Нет восемнадцати, еще несовершеннолетний. Другой будет помолвлен еще моложе" [39].
В этих строках легко узнавались династические перипетии тех дней. Молодой король Франциск II, которому не было еще 13 лет, заболел лихорадкой. Он был первым сыном Генриха II, а его жена Мария Стюарт как раз тогда заявила о своих правах на английский престол ("два Острова в ссоре"). Детей у них не было. Второй же сын Генриха II - Карл IX (1550-1574) - обручился с принцессой Елизаветой Австрийской в 1561 г.
В письме от 3 декабря 1560 г. посол Тосканы Торнабуони писал Козимо Медичи: "Здоровье короля крайне неопределенное, Нострадамус на этот месяц предсказывает, что королевский дом лишится двух молодых отпрысков от неожиданной болезни" [40]. 5 декабря умер Франциск II, а чуть позже умер граф Рош-Сюр-Ион, который также был молодым и в чьих жилах также текла королевская кровь.
Апологеты Нострадамуса приводят десятки других удачных предсказаний, которые он сделал своим современникам. Однако они не были зафиксированы при жизни прорицателя, и в большинстве случаев сейчас уже невозможно их проверить. Биография астролога обросла легендами и явными анекдотами, своего рода коллективным творчеством.
Нострадамус почти безвыездно жил в Салоне и не принимал активного участия в жизни двора - исключение составляла его переписка с Екатериной Медичи и их редкие встречи во время ее визитов в Прованс. Карл IX назначил Нострадамуса своим лейб-медиком, но при этом ученый оставался в Салоне, что делало эту должность чистой воды синекурой.
Меню сайта